Все свои: кто и как превращает грузовики в люксовые автодома за десятки миллионов рублей

В предыдущей части цикла Все свои 2.0 мы побывали в гостях у производителя мобильных плавучих Кемпботов на... лимонадном заводе! Теперь же нас ждали в гости на пряничной фабрике. Вот только нижегородская компания Волгатрейд не занимается выпечкой кондитерских изделий, а выпускает сверхроскошные кемперы-вездеходы. Тогда при чём тут сдоба? Всё просто: огромный промышленный кластер, в котором сейчас делают автодома, раньше поставлял сладости.

С чего всё начиналось

Ещё до пряников, в советское время, на территории, где базируются наши герои, размещался черепичный завод, о чём до сих пор напоминают местные топонимы: адрес офиса и производства Волгатрейда — посёлок Черепичный, 14. Небольшую историческую сводку во время экскурсии по цехам нам провёл директор производителя кемперов Артём Быстров. И ещё поделился, что это большое семейное предприятие: он уже больше одиннадцати лет руководит компанией вместе со своим отцом Владимиром.

Началось всё в уже далёком 1998 году с продажи и тюнинга Волг. Кажется, что с машин других марок автомобильное предприятие в Нижнем Новгороде просто и не могло стартовать. Владимир Быстров дооснащал легковую продукцию ГАЗа кондиционерами, перешивал салоны в натуральную кожу, занимался преображением внешности. В общем, добавлял лоска устаревающим горьковским седанам. Однако понимание, что никакая доработанная 3110 не сравнится со стремительно наполняющими улицы иномарками, пришло достаточно быстро. Тогда начались первые попытки найти собственную нишу.

После этого Быстров переключился на продукцию ВАЗа, а его магазин «Лада Тюнинг» в нулевые был крупнейшим в Нижнем Новгороде. Параллельно вместе с партнёрскими фирмами развивали собственный клуб «Автомода» — членская карточка гарантировала скидки на особенные запчасти и аксессуары для тольяттинских моделей. Но продукцию ГАЗа совсем не оставили, продолжив делать специализированный транспорт на базе грузовиков, а именно — «Шишиги» ГАЗ-66 и её преемника, капотного ГАЗ-3308 «Садко». 

Тогда армейские по назначению КУНГи («кузов универсальный нулевого габарита») ещё заказывали на стороне, а сами занимались обустройством интерьера для нужд клиентов: учёных, вахтовиков, охотников и рыбаков. Аскетичное, если не спартанское жильё включало мягкие раскладные лавки, стол, кухоньку и несколько 220-вольтовых розеток. 

Постепенно запросы покупателей росли, а вместе с ними развивались и профессиональные компетенции фирмы. Однако психологическую черту, разделяющую «добротно» и «роскошно», перешагнуть не получалось. Тем более, над постройкой таких проектов много лет трудились всего три человека.

Когда и почему изменился вектор развития

Новую жизнь в Волгатрейд вдохнул Артём, хотя изначально он даже и не планировал посвящать себя семейному делу: в 2014 году он только закончил учиться на лингвиста и собирался временно поработать у отца, прежде чем найти что-то своё. Быстров-младший слабо представлял процессы внутри компании, но обратил внимание на откровенно устаревший сайт, предложив его модернизировать. 

Однако затянула Артёма не только переделка страницы: видеоролик про новенький автодом, снятый на мобильный телефон без какой-либо подготовки, собрал около миллиона просмотров (сейчас их уже более пяти миллионов) и получил огромное количество позитива в комментариях. Артёму даже не верилось, что так бывает. Сейчас на YouTube-канале компании больше 100 тысяч подписчиков и 28 миллионов просмотров, а это очень хорошие показатели для медиа, посвящённого производству. В общем, подработка для Быстрова-младшего переросла в полноценное трудоустройство.

Уже в начале своего пути Артём понимал, что для роста необходимо менять закостенелую стратегию. Вместе с отцом они решили, что необходимо поднять планку качества, сохранив при этом экономически обоснованные цены. А снизить себестоимость не получится, штучно заказывая готовые изделия на стороне. Поэтому начался поиск новых сотрудников, их адаптация и обучение. В итоге сейчас всё оборудование автодомов изготавливается собственными силами, начиная от многослойного кузова и заканчивая столешницами и раковинами из искусственного камня.

Хотя покупка дома от Волгатрейд в любом случае дешёвой не будет. В среднем кемперы повышенной проходимости стоят от 15 до 30 миллионов рублей. И это без учёта шасси, которое потянет ещё на 10-30 миллионов! Ну и чем не Rolls-Royce?

Кто и где делает автодома Волгатрейда

Сейчас в компании работает больше 70 человек, а нанимают их фактически по японской системе «сюсин-койо» — на всю жизнь. Руководство заинтересовано в развитии собственных кадров и делает всё, чтобы сотрудникам было комфортно. Артём много знает о своих подчинённых и всегда готов их выслушать. Трудятся они тоже в прекрасных условиях: Волгатрейд не жалеет средств на создание уюта в собственных офисах и цехах.

Поэтому текучки кадров практически нет, конструкторы и рабочие трудятся здесь уже многие годы. «У нас не коллектив, а команда», — говорит Артём. Это правда: вместе они участвуют в спортивных мероприятиях, забегах, турнирах по настольному теннису, зимой дружно отправляются на каток. Спорт вообще занимает важное место в компании и в жизни Артёма: он регулярно занимается бегом и мечтает пробежать марафон, а цель в этом году — полумарафонская дистанция.

Самый главный человек в команде, по словам директора, — Ольга Владимировна, уборщица. Она поддерживает порядок на всей территории фабрики. Живёт хозяйка недалеко и может прийти на работу в любое время — даже в три часа ночи, если ей не спится.

Из чего делают люксовые автодома 

«Дом мечты с высокой проходимостью» — именно этот девиз компании выгравирован на панели управления каждого автодома. Артём не без гордости заявил, что удачную компоновку и дизайн скопировали уже многие отечественные конкуренты. Обустройство роскошных кемперов — вовсе не то же ремесло, которым занимались в Волгатрейде двадцать лет назад. Сейчас дома буквально нашпигованы электроникой и повышающей комфорт утварью. Покупатель хочет хамам или сауну? Без проблем. Солнечные панели на крыше или яхтенный генератор за пять миллионов рублей? Пожалуйста.

Мастера на местном производстве универсальны, поэтому могут выполнять разноплановые задачи. Но есть и узкие специалисты, например, электрики, которых Артём называет виртуозами.

Тяжелее всего сейчас обстоит ситуация с комплектующими. Если в Европе, к примеру, кемперами занимаются сотни фирм, а детали для них можно купить чуть ли не в магазине по соседству, то для отечественного производителя закупки превращаются в квест. Приходится находить, добывать, изыскивать. Хотя многое делается прямо здесь: помимо ткацкого, мебельного и окрасочного цехов, на предприятии работает участок металлообработки. Лазерные станки с ЧПУ вырезают требуемые заготовки, а гибочные установки придают им нужную форму. Так появляются кастомные кронштейны для лебёдки, фирменные грузовые багажники, выдвижные лестницы, походные кухни и другое оборудование. Даже ёмкости для воды из полипропилена на фабрике спаивают самостоятельно.

Кто покупает люксовые кемперы и какие пожелания есть у клиентов

Производство у Волгатрейда индивидуальное, поэтому самое главное — заказчики. Пожелания у клиентов всегда разные. Кто-то хочет дом как у соседа, другой планирует воплотить в реальность давние фантазии, третий полагается на компетентность нижегородских инженеров. В офисе, как и в шоу-руме какой-нибудь роскошной британской марки, предусмотрена переговорная комната, где будущий владелец может познакомиться с уже выполненными проектами и выбрать отделочные материалы. Каждый новый проект получает собственное имя.

Иногда клиенты выбирают даже тип внутреннего крепежа. Например, с головкой под шестигранник вместо шляпки под отвёртку. Пожелания стараются выполнить, если это возможно. Артём вспоминал, что ему заказывали откидной балкон в задней части «кунга», набор мебели для стрельбы с крыши и раскладную зону отдыха, тоже размещённую над жилым отсеком. Из других необычных просьб — доступ в туалет по отпечатку пальца.

Покупают вездеходы не только для отдыха в России, но и для покорения степей в Монголии, Казахстане, Таджикистане и Киргизии. Активно интересуются автодомами и на Западе.

Шасси клиент тоже выбирает самостоятельно: кто-то привозит из Европы, кто-то закупает модели с пробегом в России. Но основная масса строится на базе отечественных и китайских грузовиков. Причём с нашими машинами случаются сюрпризы: разница в массе у двух одинаковых новых КАМАЗов может достигать двух сотен килограммов! Размеры тоже порой отличаются, поэтому конструкторы перемеряют технику несколько раз.

Что Волгатрейд будет делать дальше 

Масштабирование бизнеса — это и перспектива, и главная трудность. В компании боятся, что увеличение объёмов выпуска приведёт к падению той планки качества, которая вырабатывалась годами. Сейчас производство способно выпускать параллельно 15 единиц техники. В среднем на один кемпер уходит полгода. Раньше сборка проводилась только в одном цехе, и там порой бывало так плотно, что для машин и рабочих находиться в тесноте становилось уже небезопасно. Новый ангар по соседству снял часть бытовых вопросов, однако проблему кадров не решил. 

Сейчас отцу и сыну вместе с руководителем производства, обязанности которого выполняет начальник мебельного цеха, удаётся контролировать рабочий процесс. А вот управлять значительно большей бригадой ресурсов уже не хватит. С другой стороны, Артём приводит в пример некоторые европейские кемперостроительные компании: они ежегодно выпускают лишь несколько машин, заставляя покупателей ждать заказанные автодома от двух до четырёх лет. Волгатрейд же проходит путь от эскиза до готового проекта за 9-12 месяцев.

Выход из сложной ситуации видят в создании модульного каркаса. Клиент сможет выбрать один из трёх доступных размеров и требуемый набор оснащения. Такие комплекты будут и проще, и дешевле в производстве. Онлайн-конфигуратор уже разрабатывают. Цены готовых машин тоже никто не скрывает: прайсы на официальном сайте выставлены на всеобщее обозрение. Это ещё одна принципиальная позиция компании.

В своих начинаниях Артём Быстров придерживается принципа: к большому делу — маленькими шажками. Это помогает не бояться масштабных задач и стойко идти к цели. Например, много читать из-за насыщенного графика руководителю не удаётся, но уделить несколько минут на десять страниц в день получается.

Со спортом так же: в Телеграме у Артёма и его коллег есть канал, где они выкладывают «кружочки» с отжиманиями. Итогом стало то, что ежедневные упражнения никто из чата не пропускает уже несколько лет! Можно ли считать такую круговую поруку внутри команды причиной успеха Волгатрейда? Очевидно, да.

_{Фото: Вячеслав Крылов. Фото на обложке: сайт Волгатрейд}