Сказ о том, как Чери год отпраздновал

Жил-был у меня конь железный, Чери-богатырь, прозванный Тигго 7 Pro Max . Рослый, статный, просторный внутри, словно терем расписной. И пришла ему пора — справлять Годик первый, 23 тысячи вёрст по дорогам-распутьям отмахав.

«Что ж, — думаю, — надо праздник отметить, в путь-дорогу с чадом малым отправиться, дела мирские обрешить». Только выкатились мы на торговую площадь, паркуемся, а на щите самоцветном у богатыря загорается грамота заморская: «Сбой КП».

«Э-эх, — молвлю я, — видно, именинник мой от радости морозной дрогнул, глюк электронный посетил. Отдохнёт — и всё пройдёт». Оставил коня, пошёл по лавкам.

Возвращаюсь, а чуда-то: задний ход у богатыря отнялся! Стоит, упрямится, празднует так празднует — только вперёд, да и только! Достаю скрижаль мудрости (смартфоном зовётся), вопрошаю всемирный разум. А он в ответ: «Датчик, мол, давления масляного... иль передач чётных иль не чётных. Не езди, хозяин, жди беды».

А делать-то что? Не на ледяном же ветру с отроком малолетним торчать? Надо домой, к тёплой печи! Вздохнул я тяжко, подошёл к корме богатырской, упёрся плечом в стальной его бок, да с молитвой на ратный путь, вспять от парковья, направляю. Тяжко, да справились. Вскарабкался в седло.

И поехали, поскакали! Будто на печке русской тряслись: 1-ая скорость, 3-тья, 5-ая... А чётные — 2, 4, 6 — видно, на пиру заспались.

«Ну что ж, — смеюсь, — прямо как старый робот-скакун «Гранта»! Забавный у тебя, именинник, нрав!» Кое-как, да доехали.

А дело-то к ночи. Позвать ли помощь?
Вспомнил я про «Помощь Чери» — службу добрую, что от завода-родителя. Голос в трубке вещий: «Эвакуатор, как ковёр-самолёт, бесплатно предоставим. Куда скажешь — туда и домчим». Слово доброе!

Стал звонить по Царствам-Сервисам, где прежде богатыря моего чествовали. В первом царстве (Измайловском) каменные лица: «Записи нет до самой Масленицы.

Можешь в Четверг на пятой неделе к полудню подъехать, да чтоб минута в минуту!» Да как же я, батюшка, эвакуатор-самолёт в узкое окошко втисну? Нескладуха!

Позвонил я тогда в другое царство — Ростокинское. И тут — благодать! Девица-голосиста на телефоне всё внятно записала, да и говорит: «Мастер-умелец твой, Тагиром звать, до ночи сам позвонит, дело обсудит».

И правда, не прошло и часа — звонит умелец, голос спокойный, деловой: «Вези, хозяин, своего именинника с утра. Как прибудет — так и примем. Попытаемся за день управиться». Словно камень с души свалился!

Наутро явился ковёр-самолёт (эвакуатор) во всей красе. Домчал нас до врат Ростокинских. А там уж на пороге мастер Тагир сам встречает — лицо светлое, взгляд быстрый, руки золотые.

Принял, оформил — и к вечеру того же дня выходит мой богатырь, как новенький! Оказалось — датчишка все таки закапризничал, смену попросил. Слава богу, был такой в запасе у мастеров.

И не абы как, а по грамоте заветной, гарантии заводской, что скреплена была не печатью, а моими же собственными сребрениками, в неё вложенными год назад.

Говорят, коли бы платил — тысяч пятнадцать бы отдал за винтик! А так — славно, душевно и по делу — всё исправили.

Итог сказу таков:
Годик мы отметили — не скучно! Беды узнали — да миновали. Теперь-то я твёрдо знаю, в каком царстве-сервисе моего богатыря чтут, жалеют и вмиг на ноги ставят. Главу новую в нашей летописи открыли.

Слава мастеру Тагиру да всему честному люду в «Чери Ростокино»! За то, что слово делом подкрепили, а не отговорки сыпали. Теперь едем на второй год — спокойно да с чистой душой.

Мораль: Именины — дело хорошее, но настоящий праздник — это когда после небольшой «сказочной» передряги тебе помогают быстро и с уважением. Вот что крепость доверия куёт!