Именитые автодизайнеры, которые бросили всё ради работы в Китае

Трудно не заметить большие изменения, происходящие с дизайном китайских марок. Совре­менные модели компаний Geely, Chery и Hongqi выглядят как минимум не хуже «немецкой тройки», а кое в чём способны сопер­ничать с британ­скими и американ­скими новинками. Отчасти этому способ­ствуют большие деньги, которые китайские компании вливают в инжиниринг и технологии. Но не менее важны намётанный глаз и твёрдая рука именитых дизайнеров, которые покинули лучшие европей­ские или японские марки ради работы в КНР. Кто эти гении и где они трудились прежде? Вспоминаем.

Пожалуй, начать стоит с человека, совершив­шего самый эффектный переход. После работы на Jaguar британец Джайлс Тейлор занимал высокий пост в Роллс-Ройсе, создавая с 2011-го по 2018-й величе­ственные «Фантомы» и «Госты». И наверняка продолжал бы сотрудни­чество с маркой и дальше, если бы не предложе­ние, прилетев­шее из Чанчуня, от старейшего произво­дителя люксовых машин для китайской компартии.

Речь о концерне FAW и бренде Hongqi, который впервые за долгую историю решил повер­нуться лицом к массовому (но очень богатому) покупателю и отказаться от имиджа сугубо «номен­клатурной» марки. Тейлору пообещали крутую двойную долж­ность главного креативного директора и глобаль­ного вице-президента по дизайну, а заодно избавили от необходи­мости переезда на Восток. Джайлс остался в Европе и возглавил мюнхенский центр дизайна FAW Advanced Design — продуктами этой студии стали принципи­ально иные для Hongqi (но очень похожие на Rolls-Royce) модели HS7 и H9. Кроме того, команда Тейлора поупражня­лась в создании гиперкаров, явив миру карбоновое купе S9 с 1400-сильной гибридной установкой. Таких «Хунцы» мир ещё не видел...

Имя другого китайского «шефа» крепчайшим образом связано со шведской маркой Volvo. Англичанин Хорбери пришёл в компанию в девяностых: в период, когда та воспри­нималась ещё как произво­дитель квадратных и грузных «машин-танков». А потом за несколько лет навёл дизайнер­ского лоска. Клино­видное купе Volvo 480 с подъёмными фарами и сегодня кажется максимально нетипичным «Вольво». А концепту­альный седан EСС 1992-го команды Хорбери впечатлял не столько крутой газовой установкой, сколько внешностью с характерной плечевой линией вдоль кузова и задней «полкой» — эти решения затем стали пророче­скими и превратились в бренд-код марки. Вспомните хотя бы кроссовер XC90 первого поколения или узнаваемый Volvo S60.

Отлучившись на семь лет в Ford, в 2009 году Питер вернулся в Volvo, разминув­шись со Стивом Маттином и получив шуточный выговор за «самый долгий обеденный перерыв». Последней шведской моделью за его авторством стал хэтч V40 2012 года. После чего дизайнер отчалил в Geely, которая к тому моменту была готова творить новое в очень быстром темпе. 

Под его началом в статусе главного дизайнера появились элегантные и поначалу не особо вольво­подобные модели, вроде Emgrand, а позже, когда число подопечных Хорбери (или Huobu Li, как китайцы писали в своих релизах) увели­чилось до тысячи, марка Geely и её суббренд Lynk & Co начали диктовать свой стиль. Volvo-стиль, по большей части... Сегодня Питеру уже 71 год, но должность старшего вице-президента Geely Holding по дизайну до настоящего момента при нём.

С именем этого человека был связан ряд слухов о готовящемся уходе Хорбери на пенсию. Дело в том, что 59-летний баварец Зилафф тоже нацелился в Geely. Покинув концерн VW Group, которому были отданы десяти­летия карьеры, выдающийся «интерьерщик» и шеф-дизайнер Bentley оказался заманчивой канди­датурой для китайцев. Тем более, что до этого он успел поработать и над внешностью Audi, и даже над обликом Мерседесов.

С приходом в «Джили» Зилафф фактически получит всё то, что уже собрано вокруг Хорбери. А именно — контроль над целой армией дизайнеров по всему миру, работа над стилистикой марки и других подраз­делений глобального Geely: от молодёжного суббренда Lynk & Co до Lotus, Proton и даже аэро­мобилей Terrafugia. Рокировка должна пройти плавно: пока Штефан осядет в шведском Гетеборге, Питеру подберут особую роль в дизайн-иерархии Geely. Например, роль опытного наставника.

Имя британца Кевина Райса не так раскручено в автомо­бильной тусовке, зато все знают модели, к внешности которых приложил руку 58-летний дизайнер. Например, двухдверки MX-5 и RX-8. В компании Mazda Кевин трудился с 1995-го по 2000-й и с 2013-го по 2018-й, выпустив серийную модель CX-3, а также концепты Neospace, Koeru и RX-Vision. А тринадцати­летний перерыв был связан с переходом в BMW, где он сделал «копейку», «трёшку» в кузове F30 и купе четвёртой серии. Если копать глубже, выяснится, что помимо немцев и японцев Райс успел посотруд­ничать с итальянцами (ателье Italdesign), американцами (Ford) и шведами (Saab). А с 2018-го он трудится на благо китайской марки Chery и её премиум-подраз­деления Exeed, чьи модели — прежде всего кроссовер TXL — в России мы знаем как Cheryexeed.

О таланте 55-летнего турка с отличным знанием немецкого готовы поведать три эффектных творения — двухдверка Boxster, купе Cayman второго поколения и гиперкар 918 Spyder. В дизайн-коллективе компании Porsche Саракоглу отвечал за экстерьеры новинок, а до этого отметился в кёльнском офисе Ford в период всеобщей работы над седаном Mondeo, компактом Puma и хэтчбеком Focus второго поколения.

В начале 2013-го Саракоглу позвали в Шанхай, чтобы тот помог транс­формировать представ­ление о марке Chery. Или, как он сам выразился, «разбить стерео­типы о том, что „Чери“ — это модель QQ». Как мы видим, получилось. 

Три года назад Хакан решил оставить крупный бренд, чтобы уделить время новенькому на тот момент электриче­скому стартапу Enovate и стать его вице-президентом. На днях Enovate показала очередную новинку с дизайном «от Саракоглу» — ей стал батарейный кроссовер ME5, отдалённо похожий на Porsche Cayenne.

Согласитесь, неспроста кроссовер-новинка S7 от бренда из Хэфэя выглядит свое­образной пародией на современные итальян­ские модели — вроде Levante или Stelvio. Всё дело в том, что за внешность четырёх­колёсных «Яков» в ответе экс-дизайнер перечисленных марок.

Талантливый итальянец ныне возглавляет дизайн-центр в Турине, причём на марку JAC он трудится в тандеме с Джанкарло Кончилио — его авторству принад­лежит интерьер седана Maserati Quattroporte. Что до звёздной модели самого Гальоне, то из прошлого можно достать потрясное купе Alfa Romeo 8С. Это, конечно, не лифтбек JAC J7, который называют не иначе как «убийцей Октавии», но тоже кое-что. Ок, шутим, шутим...

Проработав на британский бренд больше двадцати насыщенных лет, в позапрошлом году Бёрджес красиво ушёл — сбацал рок на гитаре, получил личный респект от босса Йена Каллума и оставил на стенах офиса фото­графии купе F-Type, седана XE и кроссовера F-Pace — главных моделей своего периода работы на должности директора студии Jaguar Design.

Кто захантил столь энергичного дядьку — понятно из заголовка, но за решением в Geely стоял тот самый Питер Хорбери, разглядевший полезный для китайского бренда заряд продуктив­ности и креатива. Да и сам Бёрджес не стал скромничать, отметив, что в активе «Джили» находится один из сильнейших дизайн-коллективов. Необходи­мость в переезде куда-либо отпала сразу: Уэйну пред­ложили буквально прогуляться до его нового места работы — центра Geely Design UK в Ковентри, который отвечает за облик суббрендов, вроде Lynk & Co и LEVC — под этой маркой выпускаются лондон­ские чёрные кэбы. Правда, на новом месте Уэйну пока похвастать нечем — все проекты ещё в работе.